Дмитрий Неретин всю жизнь просидел в библиотеках. Тихий, худой, в очках с толстыми стеклами, он знал немецкий лучше, чем многие немцы. Когда пришла повестка, его сразу направили переводчиком в действующую армию. Парень думал, что будет сидеть в штабе, переводить документы и пить чай. Но война быстро показала, что планов у неё своих хватает.
Попал он в батальонную разведку почти случайно. После первых боёв осталось мало людей, кто мог связно говорить по-немецки. Так аспирант оказался на передовой, среди обожжённых солнцем и порохом лиц, которые смотрели на него сначала с удивлением, потом с лёгкой насмешкой. Неретин молчал, делал свою работу и старался не мешать.
Лето 1943 года выдалось тяжёлым. После Курской дуги фронт на их участке замер. Немцы окопались крепко, наши тоже. Началось странное затишье, когда днём строчат пулемёты, а ночью слышно, как поют соловьи с той и с другой стороны.
В один из таких тихих вечеров разведчики привели языка. Немецкий капитан, высокий, аккуратно выбритый даже в плену, с орденом на груди. Говорил спокойно, почти вежливо. Сказал, что готов сотрудничать, если сохранят жизнь. Комбат потер руки: такой трофей мог дать ценнейшие сведения о расположении немецких частей.
Пленного поместили в землянку под охраной. Неретин должен был начать допрос утром. Но утром капитана нашли мёртвым. Зарезан собственным же ножом, который у него изъяли при обыске. Нож лежал рядом с телом, будто кто-то специально подбросил.
Сначала все решили, что немец покончил с собой. Не захотел предавать. Но Дмитрий заметил странные детали. Руки капитана были связаны за спиной, а ножом он себя убить не мог. Кровь стекла не так, как должна была при самоубийстве. Кто-то вошёл ночью в землянку и сделал дело тихо, профессионально.
Комбат приказал молчать. Сказал, что разберёмся сами, без НКВД. Потому что если всплывёт, что у нас в части предатель, который убивает пленных, весь батальон под подозрение попадёт.
Неретину поручили разобраться. Неофициально. Потому что он умный, потому что не свой ещё, потому что терять ему особенно нечего. И потому что он единственный, кто видел капитана живым и может понять, о чём тот хотел рассказать.
Дмитрий начал присматриваться к людям, с которыми ещё вчера делил одну землянку. Крепкие, обстрелянные мужики, которые спасали друг друга под огнём, вдруг стали чужими. Каждый мог иметь причину. У кого-то семья в оккупации, кого-то немцы в плену пытали, кто-то просто устал воевать и хотел домой любой ценой.
Он стал замечать мелочи. Кто куда ходил ночью. Кто избегал смотреть в глаза. Кто слишком рьяно доказывал, что немец сам себя зарезал. Страха не было, было другое чувство: будто смотришь на знакомые лица и не узнаёшь людей за ними.
Самое страшное началось, когда Неретин понял: убийца знает, что его ищут. И теперь уже не только пленный в опасности. Любой, кто слишком много спрашивает, может ночью не проснуться.
Но отступать было некуда. Немецкий капитан унёс с собой тайну, которая могла спасти тысячи жизней. И Дмитрий, вчерашний студент, который боялся громких голосов, теперь должен был найти среди своих того, кто готов убивать своих же ради врага.
Или ради себя.
Читать далее...
Всего отзывов
10